imhotype (imhotype) wrote,
imhotype
imhotype

Category:

Patria o muerte!



 
Собственно говоря, для триумфа Фиделя 6 января
1959 года не нашлось даже завалящего танка...
Дело было не в Кастро. Дело было в ситуации на Кубе. Правительство диктатора Батисты, сидевшее в Гаване, на самом деле было ничуть не хуже и ничуть не лучше других "банановых" латиноамериканских диктаторов. Более того, сам Фульхенсио Батиста, в далёком 1933 году, будучи ещё простым сержантом, стал национальным героем, свергнув предыдущую диктатуру Херардо Мочале-и-Моралеса, ставленика американцев и табачных компаний. Который, кстати, активно сажал за решётку коммунистов и вообще всех инакомыслящих.
Более того, Коммунистическая партия Кубы в 1940 году активно поддерживала Батисту, уже полковника, в его выдвижении на пост Президента Кубы, который он и занимал в 1940-1944 годах, официально победив на всенародных выборах.
Вот такая вот историческая загогулина, понимаешь…
Однако, к 1956 году звёзды на кубинском небосклоне стояли уже совсем иным образом.
Батиста в 1952 году уже сам устроил военный переворот — против законно избранного Карлоса Прио — и объявил себя диктатором.
Вернувшись к власти, Батиста открыл дорогу для крупномасштабных азартных игр в Гаване. Гавана стала «латиноамериканским Лас-Вегасом», а весь туристический и развлекательный бизнес в стране перешел под контроль американской мафии. На острове появились банды мафиози, в задачу которых входило похищение девушек и принуждение их к занятию проституцией, условия же содержания в публичных домах Гаваны (а их насчитывалось более 8 тысяч и в них работало свыше 22 тысяч человек) были такие плохие, что среднее время жизни проститутки после начала работы не превышало семи лет. 
Батиста же в ответ получал от мафии миллионные взятки в виде «подношений», например, телефон из золота или ночной горшок из серебра. Кроме того, де-факто Батиста имел долю во многих кубинских бизнесах (сама же экономика Кубы к концу его диктаторского правления контролировалась американскими бизнес-структурами и американской же мафией более, чем на 70%).
В общем, если Вам нужен исторический пример для бессмертного произведения Евгения Шварца "Убить Дракона" — то можете смело писать его с Фульхенсио Батисты.
Поэтому, даже 12 оборванцев, голодных и измотанных, но вооружённых идеей "больше так жить нельзя" оказались именно той песчинкой, которая вдруг сдвинула громадный валун государственного строя. Причём даже назвать это Идеей рука не поднимется — ближайший сподвижник Фиделя Кастро — знаменитый Че Гевара был скорее анархистом, а среди остальных революционеров "Гранмы" были представители самых разных политических течений.
Однако, к концу 1956 года ситуация на Кубе уже и созрела, и даже местами перезрела — Батиста был уже противен всем — включая и собственных солдат и его американских патронов, поэтому о "разгромленных" революционерах предпочли просто забыть. Горы Сиерра-Маэстры представлялись "медвежьим углом", где огонь восстания мог тлеть вечно и безвылазно. А зря.


Кастро и Батиста. Оба свергали
диктаторов. Обоих называют диктаторами. 
Уже в январе следующего, 1957 года повстанцы во главе с Фиделем, зализав раны и перегруппировавшись на горных склонах, перешли в наступление. 16 января 1957 года повстанцы успешно провели первую наступательную операцию - атаковали военный пост в устье реки Ла-Плата. Потери противника составили 2 убитых, 5 раненых и 3 пленных, повстанцы потерь не имели. Раненым солдатам была оказана медицинская помощь, а после сбора трофеев их и пленных отпустили.
Дальше же костяшки домино начали валиться по нарастающей — и каждая следующая из них внезапно оказывалась всё весомее и неожиданнее.
22 января 1957 повстанцы атаковали из засады и разгромили маршевую колонну правительственных войск при Льянос-дель-Инфьерно. По самым смелым оценкам тогда их численность составляла менее 50 человек.
В середине марта 1957 года повстанцы Кастро получили подкрепление от партизанской организации M-26 — отряд из 50 добровольцев, что увеличило их силы почти вдвое.
13 марта 1957 года повстанцы атаковали президентский дворец в Сантьяго--де-Куба и одну из радиостанций.
5 сентября 1957 года было поднято восстание в городе Сьенфуэгос, повстанцы захватили штаб военно-морских сил в Кайо-Локо и арсеналы с оружием.

Уже в следующем году костяшки падали с неимоверным грохотом. Трясло всю Кубу.
24 мая 1958 года правительственные войска предприняли попытку переломить ход войны, начав "генеральное наступление" на горы Сьерра-Маэстра, в котором уже приняли участие 12 пехотных батальонов, один артиллерийский и один танковый батальон — всего более 14 тысяч военнослужащих, поддержаных авиацией и тяжёлой техникой.

Однако, я думаю, читатели уже догадались, что результат этого "генерального наступления" можно охарактеризовать словами патриция Дьюсема Барра из азимовского "Основания": "Нападете вы или нет, нападете целым флотом или эскадрой, объявите войну или нападете без объявления войны - в любом случае вы потерпите поражение".
Сила исторического момента была за Кастро — Батиста проигрывал даже в выигрышных ситуациях и при численном перевесе.

11-21 июля 1958 года состоялось одно из самых крупных и ожесточенных сражений революционной войны — бой при Эль-Хигуэ, в котором повстанцы окружили и вынудили капитулировать пехотный батальон под командованием майора Кеведо. Впоследствии, что характерно, этот офицер добровольно перешел на сторону повстанцев.
28-30 июля 1958 года, в трехдневном сражении у Санто-Доминго была разгромлена крупная группировка правительственных войск, два батальона понесли серьёзные потери - до 1000 убитыми и более 400 пленными и перебежчиками, а повстанцы захватили самые большие с начала войны трофеи: два лёгких танка, 10 минометов, две базуки, более 30 пулемётов, 142 полуавтоматических винтовок, более 200 магазинных винтовок и более 100 тысяч патронов к ним.

К зиме режим Батисты уже доживал последние дни. Очередная костяшка очевидно задавила бы и его самого. Ведь "счета к оплате" ему могла предъявить большая половина Гаваны и почти вся страна.

В конце августа две колонны повстанцев (всего около 200 бойцов!) под командованием Че Гевары и Камило Сьенфуэгоса спустились с гор Сьерра-Маэстры, пересекли с боями провинцию Камагуэй и вышли к провинции Лас-Вильяс.
Новое наступление повстанцев началось на всех фронтах во второй половине октября 1958 года, под их контролем практически целиком оказались провинции Орьенте и Лас-Вильяс. В конце ноября 1958 года решающие бои развернулись уже на западе страны.
Декабрь 1958 года (с момента высадки 82-х прошло ещё меньше двух лет!) просто был "временем сбора урожая". Города падали, как опавшие листья, а кубинская армия начала сдаваться в плен целыми частями, со знамёнами и оружием в руках.
16 декабря 1958 года повстанцы окружили город Фоменто с населением около 10 тысяч человек и после двухдневных боев правительственный гарнизон прекратил сопротивление. Повстанцы взяли в плен 141 солдата и захватили значительное количество оружия и военного снаряжения.
21 декабря 1958 года повстанцы атаковали и после упорных боев заняли город Кабайгуан с населением в 18 тысяч человек.
22 декабря 1958 года начались бои за город Пласетас с населением около 30 тысяч жителей.
25 декабря 1958 года с боями были заняты город Ремедиос и порт Кайбариен.
27 декабря 1958 года отряды Повстанческой армии во главе с Че Геварой начали наступление на город Санта-Клара, сражение за который продолжалось до 1 января 1959 года.
31 декабря 1958 года главнокомандующий вооружёнными силами Кубы, генерал Франсиско Табернилья доложил Ф. Батисте, что армия полностью утратила боеспособность и не сможет остановить наступление повстанцев на Гавану. На тот момент Повстанческая армия Кастро, по самым скромным оценкам, уступала правительственным войскам Батисты в живой силе как минимум втрое при несравненно худшей выучке и вооружении.
В этот же день Батиста и ещё 124 высокопоставленных правительственных функционера покинули остров, а оставленная ими государственная администрация фактически прекратила своё существование.

1 января 1959 года повстанческие войска вошли в Сантьяго-де-Куба — на востоке страны, а 2 января повстанцами была занята столица страны — Гавана, на западе острова. 6 января в столицу торжественно прибыл Фидель Кастро.

Но костяшки и не думали останавливаться. И если кубинский революционный вал, выплеснувшийся с "Гранмы", спокойно за два года затопил всю Кубу, то борьба за western hemisphere только начиналась.

Потом будет ещё многое — будет и нелёгкий выбор Кастро между Вашингтоном и Москвой (в пользу Москвы), и попытка американцев вернуть утраченное в Заливе Свиней (неудачная и бесславная), и более 40 попыток физически устанить самого Кастро и его сподвижников.

Последняя костяшка кубинского домино упадёт в октябре 1962 года.
Собственно говоря, только чудо не позволило ей зацепить при своём падении следующую, ещё большую громадину. Наверное, следующая, устоявшая, но сверхгиганская доминошка носила бы скромное имя "Третья мировая (горячая ядерная) война"... Но — пронесло.

Поэтому, господа Архитекторы, осторожнее оперируйте статистикой. Статистически Фидель Кастро невозможен. Как невозможен туннельный эффект электрона в рамках классической физики. А он — есть. Так что Фидель Кастро — это такой туннелирующий электрон Современности. Вот он — в 1955 году, на штурме казарм Монкады. А потом — вот он в октябре 1962 года. В центре мирового ракетного клинча. Посередине — он в туннеле точки бифуркации для всей Кубы. Он — воплощённое чудо и невозможность, личность посреди Великого Ничто.

Но самая интересное в истории Кубы для нас случилось немного позднее. В тот момент, когда закончилась "Третья мировая (холодная) война". Которую проиграл СССР, которую проиграла и Куба.
И если СССР к 1991 году американцы боялись и не любили, то смелую латиноамериканскую блоху у себя на подбрюшье они таки просто ненавидели... ©
Tags: ¿ИИРОТƆИ?
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 1 comment