imhotype (imhotype) wrote,
imhotype
imhotype

Category:

ПИАСТРЫ ОСТРОВА ГРАЙГЕН


Подробности захоронения этого клада хорошо известны и больше похожи на роман, чем на документальное повествование. Но, уточняем для сомневающихся, каждое действие любого персонажа этого кровавого рассказа подтверждено свидетельскими показаниями и протоколами допросов… Началась эта история в начале XIX века, когда гардемарину британского флота Робертсону (служившему под началом самого адмирала Нельсона) надоела жизнь по уставу, и в 1820 году он появился у берегов Южной Америки как флибустьер. А вскоре, прикинув выгоду, он сменил черный флаг на флаг чилийских республиканцев, воевавших с испанцами за независимость.
В 1822 году Робертсон был уже старшим офицером на повстанческом фрегате «Гальварино». Отстаивая независимость Чили и мечтая разбогатеть, он и представить себе не мог, как близок к самому роковому поступку в своей жизни, который лишит его всего… В чилийской провинции Консепсьон против республиканцев действовали партизаны под предводительством некоего Бенавидеса. В одной из операций экипажу «Гальварино» удалось взять в плен лейтенанта Пачечо, поддерживавшего связь между партизанами и правительством. Высадившись на берег, Робертсон приказал пытать Пачечо и весьма скоро узнал, где находятся люди Бенавидеса. Полумертвого лейтенанта он убивать не стал, а просто оставил испанца привязанным к дереву. Но тот сумел выжить… Следуя полученным от лейтенанта сведениям, «Гальварино» пришла в бухту Араука, где отряд под командованием Робертсона взял в плен семьдесят партизан. Сам Бенавидес вместе с ближайшим помощником итальянцем Мартеллини сумел скрыться, поэтому раздосадованный Робертсон тут же повесил всех пленников, и спустя много лет этот эпизод сыграл роковую роль в его судьбе. Бенавидес и Мартеллини, потрясенные необычной жестокостью, поклялись отомстить Робертсону за своих друзей. Бенавидес, однако, вскоре был схвачен в чилийском порту Топокальма и четвертован. Робертсон же достаточно разбогател и, покинув флот повстанцев, поселился неподалеку от залива Консепсьон на необитаемом островке Моча. С ним были слуга-негр и две жены. Робертсон хотел по примеру крохотных островных государств основать на острове пиратскую республику и стать ее королем. Но достойных граждан для такой республики набрать было сложно, и бывший гардемарин увеличивал ее население естественным путем: его жены постоянно рожали. Мартеллини, еще немного попартизанив, сам сдался повстанцам и, получив амнистию, нанялся боцманом на шхуну «Лас Куатрас эрманас», которой предстояло доставить партию какао в Мехико. Но близ Гуаякиля итальянец и набранная им наполовину команда подняли на судне бунт, скрутили капитана и вывесили черный флаг. Тех, кто не захотел принять новые правила игры, посадили в шлюпку и оставили на милость волн. «Лас Куатрас эрманас» отправился на юг, к острову Чилаэ, где пока еще удерживалась власть Испанской короны. Там Мартеллини раздобыл новый корабль и стал рыскать по морям, грабя и уничтожая суда чилийских и перуанских республиканцев. А поскольку наш мир очень тесен, то вскоре он услышал и о своем старом знакомом Робертсоне, ныне обитателе острова Моча. Мартеллини высадился на Моче, убил жен и слуг Робертсона, а его взял в плен и решил отвезти в Чили, на место своего бывшего лагеря близ залива Араука, чтобы убить там, где погибли его товарищи. Вот как аукнулась Робертсону его давняя жестокость… Но по дороге начался жестокий шторм, и команда, видя неумение сухопутного, в общем-то, итальянца управлять кораблем, поставила ультиматум: жизнь команды дороже личной мести, и Робертсон должен быть выпушен из трюма и назначен штурманом. Что и было сделано.
Робертсон благополучно вывел судно из шторма, а когда Мартеллини попытался бросить его обратно в трюм, команда пригрозила бунтом. Робертсон оставался на капитанском мостике, пока не увидел на встречном корабле английский флаг. Он прыгнул за борт, был подобран англичанами, и после череды приключений уже через год стал первым помощником на корабле «Конгресс», преследуя испанских пиратов, разорявших чилийское побережье и встречные корабли.
Но его служба продлилась не очень долго. Через пару лет во главе отряда перуанских ополченцев он взял штурмом испанский форт в Кальяо, но, оклеветанный, сам очутился в его подвалах и был приговорен к повешению.
Перемахнув во время прогулки тюремный забор, Робертсон бежал и добрался до Лимы. В этот период судьба была к нему не слишком благосклонна, и несколько лет Робертсон откровенно бедствовал. Но в 1829 году он узнал, что стоящий на рейде бриг «Перуанец» хранит в своем трюме два миллиона золотых пиастров. Вспомнив бурную молодость, Робертсон с помощью своих друзей, опытных пиратов Джорджа и Уильямса, набрал шайку головорезов и, проникнув ночью на «Перуанца», перерезал всю команду и захватил корабль. В трюме и в самом деле обнаружился сундук с двумя миллионами пиастров. Не зажигая огней, «Перуанец» вышел в море и направился на Марианские острова — архипелаг, лежащий в одиннадцати тысячах миль от южноамериканского побережья и тысяче восьмистах — к востоку от филиппинских островов. Но 28 человек команды все-таки слишком много для «всего» 2 миллионов золотых пиастров. И Робертсон начал потихоньку избавляться от команды. Он отправил десять человек на берег за водой, но, как только лодка причалила к берегу, «Перуанец» поднял паруса и ушел в море. Когда же «Перуанец» остановился на Таити и восемь матросов, сойдя на берег, вернулись мертвецки пьяными, Робертсон приказал погрузить их спящими в привязанную за кормой лодку. А выйдя в открытое море, приказал перерубить канат. (Кстати, один из брошенных в лодке матросов все-таки выжил и был подобран американским китобоем.) Оставшимся на борту Робертсон объяснил, что брошенные им в море матросы замышляли мятеж. Его планы были просты: он хотел спрятать золото, потом избавиться от слишком приметного корабля, купить новый и вернуться за пиастрами, уже никого и ничего не боясь… На восточном краю Марианского архипелага был выбран уединенный остров Грайген, который на старых испанских картах носил название Сан-Лоренсо. Его координаты: 18°44' с. ш. и 145°39' в. д. Головорезы с «Перуанца» высадились на берег и, найдя подходящее место, закопали пиастры. На окружающих деревьях были сделаны пометки, а на соседнем камне выбили букву «К» и особый знак — мачете и сомбреро.
Затем «Перуанец» отправился на Гавайи. Близ острова Оаху Робертсон разрешил команде отпраздновать успех похода и вскрыть бочку рома Когда пираты напились до бесчувствия, Робертсон, Джордж и Уильяме перетащили их в кормовую рубку и наглухо ее забили. Затем открыли на «Перуанце» кингстоны, а сами ушли на лодке в Гонолулу.
Там трое друзей выдали себя за потерпевших кораблекрушение и вскоре устроились на бар-кентину, шедшую в Рио-де-Жанейро. Но в этом городе, где «все ходят в белых штанах», их стало двое — Джордж был застрелен во время пьяной драки в портовом кабаке. В Рио Робертсон и Уильяме устроились на английский барк, перевозивший арестантов в Бота-ни-Бей на юго-восточном побережье Австралии. Вскоре они уже были в Сиднее. Тут-то и выяснилось, что те 40 тысяч фунтов, которые Робертсон нашел в каюте капитана «Перуанца», уже на исходе и не позволяют купить судно, чтобы отправиться на заветный остров. К тому же у друзей возникли проблемы с местной полицией, и им пришлось перебраться на Тасманию. Здесь Робертсон познакомился с Томпсоном, владельцем небольшой рыболовной шхуны, и взял ее в ренту, якобы с целью ловить жемчуг. И Робертсон, и Уильяме, как вы догадываетесь, к этому времени уже «не чаяли друг в друге души» и больше всего мечтали поделить золото и разбежаться. Или вовсе не делить… Уильяме, ища в Томпсоне союзника, поведал ему о тайной цели экспедиции, но это его не спасло: как-то раз, напившись виски, он «выпал» за борт. Между тем Томпсон и Робертсон продолжали держать путь на север. Путешествие выдалось трудным и затянулось почти на два года: экипажу пришлось переносить постоянный встречный ветер, проблемы с питьевой водой и отбить несколько нападений индейцев. К тому же, чтобы хоть как-то поддерживать свое существование, Робертсону и в самом деле приходилось ловить жемчуг. Но и здесь удача его не забыла: несколько очень крупных жемчужин в мировых коллекциях до сих пор носят имя Робертсона. Когда шхуна наконец подошла к Марианским островам, Томпсон признался Робертсону, что знает цель экспедиции, и потребовал свой процент. В возникшей драке опытный пират выкинул «шантажиста» за борт. Два члена команды, получив заверения, что им тоже что-нибудь перепадет, успокоились и продолжили путешествие. Но Томпсон не погиб — прилив вынес его к острову Тиниан, где его подобрали туземцы и доставили в резиденцию испанского губернатора. В это время к острову подошел хорошо вооруженный испанский торговый бриг, которым командовал некий капитан Пачечо, брат лейтенанта, которого когда-то Робертсон пытал в чилийских джунглях. Услышав рассказ Томпсона, Пачечо вышел в море и догнал Робертсона в бухте острова Сей-пан, к северу от Тиниана, когда тот закупал у туземцев продовольствие и пополнял запасы пресной воды. Робертсон, видимо, даже не поняв, почему его ищут, попытался скрыться на острове. Но Пачечо быстро нашел с туземцами общий язык, и Робертсон был пойман и выдан.
Уже на следующий день корабль пристал у острова Грайген. Робертсона доставили на берег и велели показать, где клад. Но Роберстон слишком много пережил из-за этого золота и не хотел сдаваться — с закованными руками он сумел убежать от испанцев. Правда, недалеко: вскоре он был пойман, доставлен на корабль и подвергнут пыткам.
Поняв, что дальше сопротивляться бесполезно, Робертсон пообещал, что покажет место, где спрятан клад, и попросил передышку. Ему дали передохнуть час, а когда Робертсон стал спускаться с корабля в лодку, он бросился в воду головой вниз. Один из испанцев нырнул за ним, но Робертсон исчез в темной толще воды. Местный губернатор Мендинилья, узнав о произошедшем, отрядил шестьсот человек с приказом прочесать остров Грайген и найти клад. Остров был изрыт весь, как головка сыра, но ничего так и не было обнаружено. Не нашли даже камень с выбитым сомбреро. ...С тех пор на Грайгене перебывала масса кладоискателей, но удача не сопутствовала никому. Некоторые считают, что опытный морской волк Робертсон планировал как-то избавиться от всех своих поделыциков, и потому, прокладывая курс, обманул их и сказал название другого острова. Так это или нет — никто не знает.
Но 2 миллиона золотых пиастров все еще ждут того, кто их найдет.

А. Попов Тайны ненайденных кладов
Tags: sinopsis
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments