imhotype (imhotype) wrote,
imhotype
imhotype

КРАСНЫЙ ДЕНЬ КАЛЕНДАРЯ

"В честь праздника почитал «Избранные статьи и речи» Александры Коллонтай, некоторые мысли «первой женщины СССР» актуальны и сегодня. Под некоторыми мыслями из статьи 1906 года «Кто такие социал-демократы и чего они хотят?» можно даже и подписаться. И всё-таки «завоевания» Великой Октябрьской Революции, которую И. Сталин в 1918 году еще называл «переворотом» никак не объясняют некоторые факты:

- До ВОР (Великой Октябрьской Революции) концерном «Лена Голдфилдс» (Lena Goldfilds С0., Ltd), добывавшем не менее трети всего российского золота заведовал британский консорциум, связанный с американским банкирским домом «Кун Лееб». Почему в 1925 году уже после ВОР и гражданской войны, наконец «освобождённые рабочие и крестьяне» подписали договор о концессии ленских золотоносных приисков всё с тем же концерном «Лена Голдфилдс». Только по новому договору площадь полученной концессии охватывала огромную территорию от Якутии до восточных склонов Уральского хребта, а экономические интересы этой компании теперь выходили за пределы золотодобычи: теперь это серебро, медь, свинец, железо. По договору с советским правительством в распоряжение «Лены Голдфилдс» был передан целый комплекс горнодобывающих и металлургических предприятий: Ревдинский, Бисертский, Северский металлургические заводы, Дегтярское и Зюзельское месторождения меди, Ревдинские железные рудники, Егоршинские угольные копи. Почему народ, отбивший в ходе ВОР и гражданской войны у «царизма и сословий» собственность в свои руки передал всё выше перечисленное «Лене Голдфилдс», которая должна была отчислять этому новому декларируемому собственнику, т.е. народу СССР всего 7 % от всего добытого?

- Почему концессиями на добычу асбеста в г. Алапаевске владела семья Хаммеров, да так что восстание «освобожденных от эксплуатации» работников асбестовых шахт в 1922 году управляющий Лео Вульф подавлял с помощью уральского ЧК? Почему основатели Коммунистической партии США Ю. и А. Хаммеры, невзирая на партийные декларации борьбы с частной собственностью, приобрел себе в центре Москвы дом и коллекцию картин из российских музеев?

- Почему ГосБанк СССР, принадлежавший Народному комиссариату финансов вместо того, чтобы решать вопросы продовольствия в поволжье, скупал активы в США?

Ну, предположим, сбудется мечта всех носителей транспарантов «Путин должен уйти!», даже может быть с помощью новой Авроры и матросов, точнее ветеранов с десантниками, власть уйдут. Кто будет концессии распределять – десантники что ли? В свою пользу или в пользу «Кун Лееб»?

Революции в Боливии через год происходят (как скоро будет и у нас), убирая неудобные правительства, что никоим образом не влияет на собственников медных рудников. Все «завоевания Великого Октября» начались со сталинской конституции 1936 года без матросов и аврор, хотя кого-то и пришлось поставить к стенке


С каждым годом жизнь становится все тяжелее для тех, кто живет своим трудом. С одной стороны — растет нищета всего народа, с другой — увеличивается непомерная роскошь и богатство тех немногих, кто обладает собственностью, капиталами, фабриками, землями, домами. Магазины переполнены товаром, а большая часть населения ходит без сапог, зимой — без теплой одежды; в мучных складах гниет хлеб, а люди мрут от голода; лесные дворы доверху завалены дровами, а у рабочего нет и лишней щепки, чтобы истопить свою печь, крестьянской семье не на чем хлеб испечь. И чем дальше, тем хуже. Рабочие тысячами, десятками тысяч гибнут от непосильной, часто вредной работы, от дурных условий жизни, а те, на кого они работают—«хозяева»,— лишь полнее набивают свои карманы. Сколько бы рабочий ни надрывался, сколько бы с помощью его рук ни изготовлялось богатств, весь доход с них пойдет не ему на пользу, не на пользу общества, а в частный карман капиталиста. А тут еще застои и кризисы в промышленности: торговля приостанавливается, фабрики и заводы закрываются, банки лопаются. Масса рабочего народа оказывается выброшенною на улицу, числится в безработных; разоряются и мелкие фабриканты и торговцы. Крупным капиталистам кризисы не страшны: у них есть запасной капитал; им эти бури нипочем; они как старые дубы в лесу — пронеслась буря, сломила мелкие деревья, а великанам от этого только просторнее стало. Но, конечно, всего хуже приходится во время кризисов рабочим, крестьянам и мелким ремесленникам; они теряют и то немногое, что у них было. А кризисы — явление неизбежное, раз существуют теперешние, так называемые торгово-капиталистические порядки. Сейчас никто не распоряжается, сколько и каких товаров надо произвести, чтобы на всех хватило и лишнего не оставалось. Каждый предприниматель производит на свой страх и риск, заботясь об одном: иметь побольше выгоды, нажиться поскорее, чем другие. Цена на какой-нибудь товар подымается — все предприниматели в этом производстве, один перед другим, спешат произвести побольше этого товара; трудно им рассчитать, найдутся ли покупатели на все товары. И если товаров оказывается слишком много, если их некому скупать, то цены падают, спрос прекращается, наступает «кризис» или «застой». И как ни старайся — не избежать человечеству кризисов, не избежать переполнения рынка одним товаром при недостатке или дороговизне в других, не менее необходимых, пока производством будут заниматься для частной наживы, пока оно не будет управляться самим обществом, пока целью производства будет торгашество, а не стремление удовлетворить потребности народа.
Один говорил: надо отнять все богатства у имущих классов и поделить их между бедными. Но оказалось, что это решение не годится: уж не говоря о том, что при подобном разделе, когда неимущих в сотни раз больше, чем богатых, на одного человека пришлась бы лишь ничтожная часть всех богатств, самый дележ произвести невозможно. Если делить по справедливой оценке, одному может прийтись холст, а другому фабричная труба, одному плуг, другому земля. Люди сейчас приступили бы к обмену, т. е. торговле; каждый стремился бы продать подороже, с выгодой. Смотришь — и вновь выросло бы неравенство: опять у одного, кто порасчетливее, было бы имущество, капитал, а у другого — ничего, кроме рабочих рук. Другие возлагали все надежды на управление страной, на законы. Но как бы хороши сами по себе законы ни были, уничтожить богатство и бедность они не в силах. Демократическое государственное устройство много облегчает жизнь, является средством, чтобы добиваться лучшего будущего, но пока все общество разделено на два класса — имущих (или буржуа) и неимущих (или пролетариев),— до тех пор одними законами не упразднить всего того зла, которое царит в наши дни. Были, наконец, и третьи, которые правильно понимали, в чем корень зла, которые, как социал-демократы сейчас, говорили, что для того, чтобы исчезло богатство и бедность, чтобы прекратилось классовое неравенство между людьми, для того, чтобы никто не мог обогащаться на чужой счет и все человечество было бы избавлено от голодовок, кризисов, безработицы, разорений, для этого нужно уничтожить частную собственность и сделать всю землю и все накопленные богатства — фабрики, магазины, рудники и т. д.— собственностью общественной. Если б каждый мог пользоваться нужными для его ремесла инструментами и машинами, если б земледелец мог иметь необходимую ему землю, никто бы тогда не наживался на чужом труде, не было бы в мире тогда нищеты, эксплуатации, несправедливости.
В теперешнем мире у одних в руках находятся капитал, фабрики, заводы, земля, т. е. орудия производства; у огромного же большинства имеется лишь рабочая сила. Чтобы как-нибудь прожить, надо работать, а работать не на чем; приходится идти к капиталисту-собственнику и наниматься на работу. А что значит — наняться? Это значит продать свою рабочую силу, свои рабочие руки хозяину за такую плату, чтобы только не умереть с голоду. Хозяин же, купив рабочую силу за гроши, заставляет рабочего нарабатывать ему товару на рубли; и, чем меньше уплачивает хозяин рабочему, чем большее число часов заставляет его работать, тем выше прибыль хозяина, тем быстрее растет его капитал. Рабочий борется. Но капиталист не очень-то церемонится с «несговорчивым»,— сейчас рассчитает и заменит новым, благо ищущих работу пролетариев всегда на рынке вдоволь.
Так как неравенство, эксплуатация делаются возможными именно вследствие существования частной собственности, то, чтобы изменить жизнь людей к лучшему, надо прежде всего сделать так, чтобы все земли, фабрики, мастерские, капиталы из рук частных собственников, помещиков, фабрикантов и т. д. перешли в руки всего общества, т. е. самих же рабочих; другим в таком новом обществе и не должно быть места. Но вместе с тем рабочие эти не будут уже теперешними наемными рабочими, продающими свою рабочую силу, закабаляющими себя капиталисту, они будут свободными работниками-гражданами, которые, трудясь сами, сами же станут распоряжаться всем добытым богатством и сами смогут управлять всей жизнью своей родной страны. Частные хозяйства надо заменить одним общим громадным народным хозяйством, основанным на совместном, товарищеском (обобществленном) труде. Только тогда, в таком новом коммунистическом или социалистическом мире, смогут прекратиться нищета и голодовки, которые происходят не потому, что хлеба или других необходимых для людей продуктов не хватает на всех, а потому, что сейчас существует целый класс людей — помещики, предприниматели, купцы,— который пользуется народной бедой, надбавляет цены, если хлеб не уродился, с умыслом отправляет лишь малое его количество в голодные местности, чтобы удобнее сбывать его там по дорогой цене.
Исчезнут и страшные, как для рабочих, так и для всего мелкого люда, кризисы и безработица. Для чего служит все современное производство? Для торговли. Каждый помещик, фабрикант, каждый ремесленник производит продукт не для потребления, а для продажи. Каждый хлопочет не о пользе общества, а о выгоде своего кармана; отсюда — такая конкуренция и вражда между людьми. В коммунистическом обществе не будет места ни конкуренции, ни торгашеству, так как люди будут производить не для продажи, а для собственного потребления. Все, что будет произведено, будет считаться общею собственностью. Часть добытых общим трудом богатств поступит на покрытие общественных нужд, а другую часть работники-граждане поделят менаду собой по товарищеской расценке и общему соглашению. Чем богаче будет все общество, тем лучше будет житься и каждому отдельному его члену. Так как работы будет хватать на всех, то не придется друг у друга вырывать кусок хлеба. Всякий, кто будет трудиться, будет не только сыт, обут, но сможет пользоваться и всеми теми удобствами и радостями жизни, которые сейчас доступны лишь богачам. Само собой разумеется, что всякую работу постараются обставить как можно здоровее и лучше, а так как трудиться будут все, то на долю каждого придется вовсе не так много работы. Этому же помогут и машины, которые получат большое распространение, и наука, с помощью которой усилится власть человека над природой. С исчезновением частной собственности должно будет исчезнуть и деление людей на классы: не будет ни богатых, ни бедных, ни знати, ни черни, значит — прекратится и неравенство. Останется разве только неравенство ума или таланта. И если кто будет в почете у общества, то не потому, что его отец был богат или дедушка знатен, а потому, что заслуги его велики перед обществом и перед товарищами-работниками.
Итак, чтобы прекратились все современные несправедливости и бедствия — предлагалось: 1) заменить частную собственность собственностью общественной, или коммунистической, 2) ввести совместный обобществленный труд и 3) вместо производства для продажи изготовлять продукты для общественного и личного потребления.
А. Коллантай КТО ТАКИЕ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТЫ И ЧЕГО ОНИ ХОТЯТ?
1906 г.

Tags: Социализм 2.0
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 7 comments