imhotype (imhotype) wrote,
imhotype
imhotype

Categories:

КОРНИ ФУКУСИМЫ

Где-то во френдленте мною читалась версия о том, что на Фукисиме занимались обогащением урана. Вывод делался на основании мощностей станции и отпускаемой энергии, близости к воде, отсутствия утилизации ядерных отходов и т.д. Одним словом вот, довесок в конспирологическую версию:

… Уилкокс пишет следующее: «Вскоре после окончания Второй мировой войны американская разведка на Тихом океане получила потрясающее донесение: японцы перед самой капитуляцией построили и успешно испытали атомную бомбу. Работы велись в городе Конан или в его окрестностях (японское название города – Хыннам) на севере Корейского полуострова. Война завершилась прежде, чем это оружие нашло боевое применение, а производство, где его изготавливали, теперь находится в руках русских.
Летом 1946 года эти сведения были преданы широкой огласке. Дэвид Снелл, сотрудник 24-го следственного отдела, работавшего в Корее, после своего увольнения написал об этом в газете “Atlanta Constitution”. Снелл ссылался на свидетельства некоего японского офицера (его имени он не сообщил), который возвращался в Японию. Этот офицер утверждал, что он был в числе тех, кому было поручено обеспечивать безопасность этого военного объекта. Излагая своими словами сказанное этим офицером, Снелл утверждал следующее:
«В пещере, в горах неподалёку от Конана, работали люди, ведя гонку со временем, завершая работы по сборке “гендзай бакудан” (genzai bakudan) – так по-японски называлась атомная бомба. Это было 10 августа 1945 года (по японскому времени), всего через четыре дня после того, как атомный взрыв разорвал небо над Хиросимой, и за пять дней до капитуляции Японии. С севера приближались русские, наступавшие через Маньчжурию. Вскоре после полуночи из входа в пещеру мимо бдительных часовых проехала колонна японских военных грузовиков. Колонна долго петляла по долинам мимо спящих деревень. В прохладном предрассветном воздухе японские учёные и инженеры загрузили “гендзай бакудан” на корабль, стоявший в порту Конана. Когда корабль вышел в море и приблизился к небольшому островку в Японском море, последовали последние приготовления. На протяжении всего дня до наступления темноты вокруг вставали на якорь старые суда, джонки и рыболовецкие баркасы. 12 августа перед рассветом дистанционно управляемый катер прошёл мимо стоявших на якоре судов и причалил к островку. Его единственным пассажиром была “гендзай бакудан”. Часовой механизм вёл отсчёт времени. Наблюдатели находились на удалении 20 миль. Этим людям, так долго шедшим к цели и понимавшим, что работа завершена слишком поздно, было очень тяжело.
На востоке, со стороны Японии, небо начинало светлеть. В то мгновение, когда край солнца показался над морем, среди стоящих на якоре судов сверкнула яркая вспышка, ослепившая наблюдателей, даже несмотря на то, что те были в защитных очках, какими пользуются сварщики. Огненный шар имел в диаметре предположительно тысячу ярдов. Разноцветное облако клубящегося пара взметнулось к небесам, принимая в атмосфере грибовидную форму.
Дым и бурлящая вода полностью скрыли суда, находившиеся непосредственно рядом с местом взрыва. Те корабли и джонки, что находились с краю, вспыхнули огнём. Когда воздух чуть прояснился, наблюдатели увидели, что несколько кораблей бесследно исчезло. В этот момент “гендзай бакудан” по яркости была сравнима с поднимающимся на востоке солнцем. Япония довела до совершенства и успешно испытала атомную бомбу, такую же разрушительную, как и те, что стёрли с лица земли Хиросиму и Нагасаки».
Главным физиком, который принимал участие в японском атомном проекте, был Йосио Нисина (Yoshio Nishina, 1890-1951), который сегодня считается отцом-основателем современной японской физики. В 1918 году он окончил Токийский университет. На протяжении нескольких лет работал в ведущих научных центрах и университетах Европы – лаборатории в Кавендише, университете имени Георга Августа в Гёттингене и Копенгагенском университете. Именно в Копенгагене он в ходе осуществления совместных научных работ познакомился с Нильсом Бором, отношения с которым переросли в дружбу. В 1945 году именно Нисина возглавил группу японских специалистов, которая обследовала Хиросиму после американской атомной бомбардировки города.
Официально считается, что Япония, и в самом деле, пыталась создать собственную атомную бомбу, однако в стране восходящего солнца для осуществления этой масштабной и амбициозной программы не хватило ни ума, ни ресурсов. Что касается научных талантов, то это – явное приуменьшение. Тот же Нисина был японским первопроходцем в области изучения космических лучей, уже в 1930-х годах он получил изотоп урана-237 и начал работу над созданием циклотрона. Причём, по мнению Роберта Уилкокса, в 1945 году в Японии работало не менее пяти циклотронов.
Что касается ресурсов, то их и в самом деле не хватало. Однако известно, что промышленный комплекс Хыннаме находился неподалёку от залежей урановой руды и являлся в своё время крупнейшим промышленным центром во всей Азии. Причём, практически, до конца войны он оставался не известным для разведки союзников и не включался, согласно обнаруженным Робертом Уилкоксом данным, в список объектов для нанесения бомбовых ударов.
Комплекс в Хыннаме, как следует из архивных материалов, был тесно связан с именем японского промышленника Дзюна Ногучи, который ещё в 1926 году заключил сделку с японской армией: именно с тех пор его промышленная империя под Хыннамом росла, как на дрожжах.
Что же представлял собой комплекс в Хыннаме? По сути, это была сеть заводов в районе рек Ялуцзян (Амноккан), Чосин (Чанчжин) и Фусен. Две последних реки были перекрыты плотинами, для того чтобы мощные гидроэлектростанции вырабатывали огромное количество электроэнергии, необходимое для работы секретных заводов. В целом, согласно данным Роберта Уилкокса, три реки поставляли более 1 миллиона киловатт электроэнергии. Это было очень много, если учитывать в качестве сравнения тот факт, что во всей Японии тогда вырабатывалось порядка 3 миллионов киловатт электроэнергии.
Изучая документы в Национальном архиве США, Роберт Уилкокс нашёл текст донесения из штаба американской армии в Южной Корее, датированный 21 мая 1946 года. В нём, в частности, говорилось: «Особый интерес имеют последние донесения касательно засекреченной научно-исследовательской лаборатории, устроенной японцами в Хыннаме. Все данные указывают на то, что в ней проводились исследования в области атомной энергии.
Двумя ведущими специалистами были Рикидзо Такахаси и Тадасиро Вакабаяси. Нынешнее местонахождение этих двух учёных неизвестно, поскольку прошлой осенью они были взяты в плен русскими. Однако есть данные, что непосредственно перед этим им удалось сжечь все документы и уничтожить лабораторное оборудование. В некоторых донесениях утверждается, что русские смогли забрать часть оборудования.
Новые данные позволяют утверждать, что в Японии проводились эксперименты по применению атомной энергии, а завод в Хыннаме был создан для практического применения атомной энергии в военных целях, в частности, для создания бомбы. Эта часть комплекса постоянно находилась под надёжной охраной. Все донесения, полученные независимо друг от друга, по содержанию поразительно совпадают. К этой информации следует отнестись очень серьёзно».
Говоря о том, на каком же методе обогащения изотопов остановились в своих разработках японские учёные, Роберт Уилкокс, а за ним и Джозеф Фаррелл, приходят к выводу, что, скорее всего, японская атомная программа шла параллельно германской по двум направлениям.
Кратчайший путь к созданию урановой атомной бомбы лежал через постройку сверхцентрифуги. Теоретические познания в этой области у японских учёных были – выше уже говорилось, что отец современной японской физики Йосио Нисина ещё в 1930-х годах приступил к работе по созданию циклотрона. Но у японцев, обладавших достаточным фундаментом теоретических знаний, отсутствовал практический опыт, который имелся в III Рейхе. Поэтому если японцам, и в самом деле, удалось разработать и построить успешно работающую сверхцентрифугу, то, скорее всего, на определённом этапе здесь не обошлось без содействия немцев.
Судя по всему, не обошлось без технического участия германских специалистов и в разработке в Японии другого, более дешёвого метода (газовой диффузии), который, несомненно, также являлся изобретением III Рейха. Роберт Уилкокс этот метод описывает следующим образом: «Группа Нисины, в конце концов, остановилась на процессе, который называется тепловой диффузией. Это был один из самых первых предложенных методов разделения изотопов. Однако до того, как его в 1938 году не усовершенствовали два германских учёных, Клаус Клузиус и Герхард Диккель, он не имел практического применения.
Принцип тепловой диффузии основан на том, что лёгкий газ движется в сторону источника тепла. Клузиус и Диккель соорудили простое устройство, основу которого составляли две металлические трубки, одна вставленная в другую. Внутренняя трубка нагревалась, наружная охлаждалась. При включении аппарата более лёгкий U-235 устремлялся к нагретой стенке, а U-238 смещался к холодной. Конвекционные потоки, порождённые этим движением, направляли U-235 вверх, а U-238 – вниз.
Через определённое время U-235 вверху собирался, а в устройство закачивался новый газ. Это был простой и быстрый способ получить относительно высокую концентрацию U-235».
Учитывая факт тесного военного и технического сотрудничества Германии и Японии, несложно понять, что японцам было известно об успешном испытании германской атомной бомбы в октябре 1944 года на острове Рюген. Японцы, конечно же, понимали, что в рамках «Манхэттенского проекта» американцам не удастся быстро, за весьма ограниченный промежуток времени, создать необходимое количество атомных бомб. Но в мае-июле 1945 года им было сложно оценить, сколько германских бомб было захвачено после крушения III Рейха войсками США. А после провала миссии подводной лодки «U-234» японцам стало понятно, что в руки «Манхэттенского проекта» попало не только значительное количество обогащённого урана, но и взрыватели Хайнца Шлике (вместе с самим инженером Шлике).
Джозеф Фаррелл в этой связи находит вполне логичным тот факт, что японский кабинет министров, уже после того, как американцы сбросили бомбы на Хиросиму и Нагасаки, вёл оживлённые дебаты по поводу того, надо ли Японии капитулировать или нет. В этой ситуации безоговорочная капитуляция стала единственным логичным выбором.
Любопытно, что в своей книге – «Секретная война Японии» – Роберт Уилкокс говорит о том, что «вопреки утверждению официальной военной истории о том, что к весне 1945 года японская атомная программа была похоронена под американскими бомбами, работы продолжались вплоть до 15 августа, когда император подписал капитуляцию, и даже дольше».
Правда, тут же возникает резонный вопрос: как мог японский атомный проект продолжать своё существование прямо под носом у американских оккупационных сил? Может, этот проект был у Японии не единственным? Или – этот проект Япония осуществляла не только в сотрудничестве с Германией?

Игорь Ососвин «Битва за Антарктиду». ©
 
Tags: drittes reich
Subscribe

  • Операция "Пандемия" - пятая попытка, удачная

    Сразу оговорюсь: я не отрицаю наличие некоторой болезни; в конце концов, я сам ею переболел. Люди чем-то болели и умирали; но не больше, чем…

  • механизмы ГМО

    Прежде чем рассказывать про ГМО (генетически модифицированные организмы), кратко напомню основы биологии. Все многообразие жизни основывается…

  • Китайский демографический крест

    В начале 2020 года, уже 18 января статистики Китая выдали основные демографические показатели по стране. Население Китая к концу 2019 года…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 1 comment